Провалился я как-то в люк. Да не сам, а с машиной. Как щас помню. Была весна. Погода дрянь. Поэтому решил заехать под крытую заправку. Очередь на заправке двигалась бампер в бампер, медленно и печально. И поэтому я не заметил открытого люка, который передняя машина оставила справа от себя. Я плавно въехал правым колесом в люк и услышал:

- Бууммм!

От этого бум я перестал дремать, и сосредоточено пытался вспомнить…

Апокалипсис в кругу друзей

С утра погода не заладилась - перемежаемый снегом дождик весело загнал редких прохожих под зонтики, а тучи случились настолько низкие, что просто вдавливали голову в плечи. Приятная температура в три градуса гармонично дополняла картину.

Вадик Горчичников уныло смотрел в окно и мучился вопросом взять ли машину и потерять время в пробке или отправиться на работу на общественном транспорте, но лишиться нескольких миллионов не восстановимых нервных клеток.

Ничего не решив, Вадик приступил к осмыслению следующего вопроса - выпить ли желаемого, но вредного кофе или полезного, но тошнотворного зелёного чая…

Молодой человек Горчичников страдал широко распространённой болезненной нерешительностью. Он постоянно анализировал любой поступок и в результате был уверен, что поступил неправильно. От этого у него было хроническое несварение желудка, запор и нездоровый цвет лица.
Читать дальше…

Семион Святославович переживал момент возвращения из безмятежного сна в отвратительную реальность. В реальности было жарко, непонятно какое время суток, неизвестное число, непонятно местонахождение, пахло перегаром и очень хотелось пить.
- Вставай, грязное животное! – раздался счастливый голос супруги Семиона Святославовича, Надежд Павловны. – Пьяное, грязное животное!
Семиона Святославовича передернуло от такого обращения и едва не сдурнило.
- С ума вы что ли сошли, Надежда Павловна? – разлепил он слипшиеся губы. – Что за обращение, голубушка? Вы, ма шери, никак, телевизор смотрели?
- Понятно. – помрачнела Наденька. – Засыпал мужчина, а проснулся вновь культуровед и филолог. Сиест тристемент, мон ами.
Семион Святославович вдруг осознал, что не помнит абсолютно ничего со вчерашнего вечера. То есть он помнит, как его уговорили выпить коньяку, как мило они обсуждали влияние мирового революционного процесса на культуру России, как продолжили шампанским, как перешли на пиво… А вот с момента обсуждения причин популярности французского утопического социализма до оскорбительной фразы утренней Надежды Павловны – память представляла обширное белое пятно.
- Вы знаете, Наденька… – неуверенно начал Семион Святославович. – Каким-то странным образом у меня совершенно исчезла память о вчерашнем вечере. Как будто Бахус огромным ластиком застолья уничтожил все.
- Включая ваше реноме, Семион Святославович. – ехидно поддела Надежда Павловна. – Опять же, этот проказник запачкал вашу одежду остатками еды, порвал ваш плащ и…
Надежда Павловна зарумянилась и выпалила:
- И был при всем при этом таким душкой! Живым человеком был, а не сборником статей! Вы убили его! Убийца!
Читать дальше…

Закончился рабочий день, и офис, в котором работаю я и ещё семеро таких же клерков, постепенно пустел. Все разбегались по домам, торопясь успеть, кто в детсад, а кто и к началу любимого сериала. Вот, наконец, нас осталось двое.
– Ты идёшь или всю работу сегодня сработать решил? Бросай – завтра докуём. Чем потом заниматься будешь? – Говорит мне мой коллега и сосед по офису.
– Иди, я ещё побуду, – спокойно отвечаю я, а сам думаю: «Да отваливай ты быстрее!». Всё дело в том, что бежать мне особо некуда. Дома меня никто из обладающих душой не ждёт, а два лучших друга – диван и телевизор, даже не заметят, что пришёл я сегодня позже на целый час.
Читать дальше…

Контакт устанавливали долго.
- Инопланетяне, мы вас не понимаем! - бубнил в микрофон специалист по связи - Инопланетяне! Чурки инопланетные, вас нельзя понять. Фирштейн зи, инопланетянен партизанен?!!
Куча специалистов по контакту носились по рубке с невнятными воплями типа “пятый и третий повторяется с периодом…”
- Болтаемся тут посреди вселенной как невесть что в проруби. - ворчал капитан. - Ну что там?
- Да не расшифровывается пока. Закорючки какие-то, писки. Может они неразумные совсем? - ответил помощник.
- Ну да. Дуру такую выстроили, в космос вылетели - и все это растения. Просто сигнал их расшифровать не можем. Не умеем.
- Дорогие земляне! - торжественно произнес вдруг динамик - Мы давно расшифровали ваш язык и прислушиваемся ко всем разговорам. Хочется сказать, что мы далеко впереди вас по развитию.
- Далеко впереди, а картинку на экран дать не можете. - едко сказал капитан - Мы вам трансляцию бахаем круглосуточную, а вы нам помехи одни.
- Сами вы помехи! - обиделись в динамике - Мы выглядим так.
- гыггыгы. - заржал помощник - Помехоидная расса. И в чем вы впереди-то? У нас связь вона с домом есть. Звони - не хочу. Ответ только через сутки приходит. И себя эхом слышно.
Ну так ведь и расстояние - световых лет столько, что столько не живут вообще.
Читать дальше…

- Вы знаете, Виктор, сегодня самое время гадать. – многозначительно сказала Римма Коновалову в лифте.
- Чего там гадать-то? – не менее многозначительно ответил Коновалов, морщась от запаха духов Риммы. – По нынешним временам надо знать точно.
- На суженую, например, погадать. – кокетливо подмигнула Римма. – Самое время вам. Не век же вам холостяковать.
- Мы ведь с вами одногодки? – сощурился Коновалов.
- Хам! – рассмеялась Римма и еще сильнее запахла духами. – Кто ж так за женщиной ухаживает?
Коновалов промолчал и начал задумчиво рассматривать грудь Риммы.
- Что вы там увидите через пальто? – смущенно захихикала Римма и сняла пальто. – Жарко тут. Надышали вы.
Коновалов осмелел и демонстративно задышал чаще и глубже.
- Проказник! – захихикала Римма и ударила Коновалова сумочкой по лицу. – Не могу же я в лифте совсем раздеться.
- Экая вы ханжа! – жарко выдохнул Коновалов и ласково шлепнул Римму где-то ниже спины.
- Оу! – сказала Римма и густо покраснела. – Вы таки ухаживаете за мной.
Она вышла и пошла по коридору, вызывающе цокая каблуками и помахивая своим пальто.
Читать дальше…

Жила-была Абсолютно Независимая Женщина. Примерно год назад стала она таковой – абсолютно независимой. Чем ужасно гордилась. Она просыпалась по звонку будильника и никогда не валялась в постели.

Ей было всё равно, пить кофе или чай: она долго преодолевала зависимость от кофеина. И преодолела, заодно изгнав из своего рациона всё сладкое, калорийное и неполезное. Поэтому она пила утром воду и ела несладкую и несолёную овсянку. Она рассталась с подругами, потому что ей не хотелось от них зависеть. Она совершенно равнодушно относилась к шопингу – и никто не посмел бы упрекнуть её в том, что из-за блестящей тряпки она способна потерять голову. Да что там шопинг! Она не теряла голову и от мужчин. С тех пор как она прогнала своего любимого (а ведь чуть было не попала в зависимость от него) прошло уже много месяцев.
Читать дальше…